ГК «Ракета»: как взять чужую франшизу и собрать на ней холдинг

Франшиза продаёт обманчиво простую мечту: тебе дают готовую модель, регламенты, узнаваемое имя, остаётся только открыть точку и работать по инструкции. На бумаге франчайзи, самый защищённый предприниматель: не он придумывал продукт, не он набивал шишки. На практике подавляющее большинство партнёров любой сети так и остаются с одной-двумя точками. Купить чужую модель легко. Масштабировать её, отдельное искусство, которому франшиза не учит.

Самарец Дмитрий Троян, редкий случай, когда франчайзи перерос саму роль франчайзи. Он не открывал сеть с нуля и не изобретал доставку пиццы; он взял готовую модель «Додо Пицца», ту же, что доступна сотням других партнёров, и собрал на ней то, чего у остальных нет: 147 пиццерий, 12 компаний группы, собственные заводы и производственный холдинг вокруг бренда, который ему даже не принадлежит. Вопрос разбора один: что Троян сделал поверх купленной франшизы такого, чего не сделали сотни его «коллег по бренду»? Про саму «Додо» как IT-франшизу есть отдельный разбор, здесь речь о франчайзи.

Что это за компания

Группа предприятий, которую в Самаре называют по бренду первой точки «Ракета» это крупнейший франчайзи сети «Додо Пицца» в России. Юридически единого холдинга «Ракета» в реестрах нет: это группа аффилированных компаний вокруг Дмитрия Трояна. Флагманское и публично отчитывающееся юрлицо, ООО «Додо Пицца Самара» (ИНН 6317102517, ОГРН 1146317004393, зарегистрировано 8 августа 2014 года). Директор, Дмитрий Валерьевич Троян, владеют компанией он и Мария Петровна Троян пополам.

Масштаб группы: 147 пиццерий и 12 компаний, от Самары и Оренбурга до Уфы, Нижнего Тагила и Владивостока. Это делает группу Трояна самым крупным партнёром «Додо» в стране. Группа даёт около 7% выручки всей сети «Додо», и при системных продажах Dodo Brands за 2025 год порядка 190 млрд рублей расчётный оборот всей группы «Ракета» выходит примерно в 13 млрд рублей. Это именно расчётная оценка по орбите из десятков ООО: единого консолидированного отчёта у группы нет, и искать весь оборот в одной выписке бессмысленно.

Публично доступны цифры только по флагманскому юрлицу, ООО «Додо Пицца Самара». Это одно юрлицо группы, не вся орбита, и его показатели наглядно объясняют логику всей группы.

Цифры по флагману показывают логику группы: за два года выручка головного юрлица выросла больше чем вдвое (909 млн → 2 млрд ₽), штат, почти вдвое (186 → 366 человек). При этом чистая прибыль за выручкой не тянется и даже слегка проседает (62,8 млн в 2024 → 55,9 млн в 2025). Это не сбой: заработанное уходит в стройку точек и собственных производств, в дивиденды почти ничего.

Оговорка о цифрах. Оборот всей группы «Ракета» (≈13 млрд ₽), расчётная оценка: около 7% системных продаж сети Dodo Brands, которые за 2025 год составили порядка 190 млрд рублей. Единого консолидированного отчёта у группы нет, и точную цифру в одной выписке не найти. Цифра по Checko (2,0 млрд ₽ за 2025 год) относится только к флагманскому юрлицу ООО «Додо Пицца Самара» это одна компания группы, а вся ГК больше на порядок.

Сам Троян, выпускник юрфака СамГУ 2010 года, бывший помощник адвоката. До пиццы успел поторговать привезёнными гаджетами Apple ещё в школе, запустить интернет-магазин кальянов и вместе со старшим братом Юрием открыть несколько павильонов Subway на самарской набережной. Subway не взлетел: рядом шла стройка, трафик умер, заработать не вышло (oboz.info). Каждая из этих попыток была разведкой ниши, проверкой на будущее дело.

История: как юрист попал во франшизу, до которой смог дотянуться

Троян искал франшизу осознанно. Сначала смотрел на сильные западные бренды: созванивался с Papa John's, сравнивал рынок с Pizza Hut. Но вход в Papa John's стоил около 300 тысяч долларов, и для самарского юриста без капитала это была закрытая дверь (oboz.info).

Дверь, которая открылась, нашлась в телевизоре. В 2011 году Олег Тиньков вёл передачу о предпринимателях, и одним из гостей оказался Фёдор Овчинников, основатель «Додо Пицца» из Сыктывкара, рассказывавший про прозрачную сеть с открытым P&L и низким порогом входа. Троян написал Овчинникову напрямую. Ответ был в духе всей будущей модели: «Оформляй медкнижку, приезжай учиться, ждём в Сыктывкаре» (oboz.info).

И вот здесь начинается то, что отличает Трояна от обычного покупателя франшизы. Он не ограничился присланным пакетом регламентов. Он поехал в Сыктывкар и лично встал к чужой кухне, чтобы перенять операционку у основателя руками. В апреле 2012 года открыл первую точку в самарском ТЦ «Каскад» под именем «Рокет Пицца» (отсюда и «Ракета», Самара космическая). Вложил 400 тысяч своих и миллион заёмных. Майская выручка первого месяца составила 387 тысяч рублей. Через семь месяцев точка перешла под бренд «Додо», а в 2014 году Троян стал ещё и акционером корпоративной «Додо», то есть из наблюдателя превратился в совладельца модели, которую масштабировал.

Календарь развития

Фишка 1: вертикальная интеграция, франчайзи, ставший поставщиком

Главный приём группы: то, что для одной точки выгоднее купить, для 147 точек выгоднее производить самим. Логику Троян формулирует сам: «Нам как партнёрам важно контролировать себестоимость продукции» и «мы вынуждены становиться производителями» (volga.news).

Так вокруг пиццерий выросли отдельные предприятия, сейчас в группе 12 компаний. Каждое появляется по одной траектории: сначала закрывает боль собственной сети (себестоимость, сроки, контроль качества), потом превращается в самостоятельный бизнес-юнит с выручкой со стороны.

Завод тортильи уже поставляет не только себе. Так франчайзи перестаёт зависеть от поставщиков бренда и от рынка: каждое звено цепочки принадлежит группе.

Фишка 2: операционная дисциплина вместо героизма

Масштаб в общепите ломается на удержании качества в каждой точке, а открыть новую, самое простое. Троян формулирует это без романтики: «Здесь нужно каждый день делать одни и те же вещи хорошо» и «как только мы остановимся, мы начнём откатываться назад» (hf.ru).

Дисциплина у группы прошита в процессах, а характер основателя тут вторичен. Каждую неделю каждую точку проверяет тайный покупатель, причём дважды: отдельно на доставке и отдельно в зале (hf.ru). «Додо» как сеть изначально построена на открытом P&L и сквозной IT-системе, и Троян использует эту прозрачность как рабочий инструмент управления сетью, а в презентациях она остаётся на втором плане. Когда у тебя 147 точек в десятках городов, объехать их физически нельзя: управлять можно только через регламент и данные.

Фишка 3: кадры из своих и реинвестиция почти всей прибыли

Две вещи держат группу вместе, и обе идут от Трояна. Первое, люди вырастают изнутри. Принцип в компании жёсткий: «Каждый сотрудник сети должен сам хотя бы месяц поработать на кухне» (volga.news). Ключевые менеджеры начинали пиццамейкерами, команду в полторы тысячи человек группа сохранила даже в ковид. Это снижает зависимость от рынка труда и держит единый стандарт по всем городам.

Второе, деньги не выводятся, а закапываются в систему. Ещё на ранней стадии Троян описывал это прямо: «Все шесть лет мы не привлекали инвестиции, а вкладывали всё, что зарабатываем, практически 95%» (hf.ru). Брат Юрий формулирует ту же установку с другой стороны: «Надо не меньше тратить, а больше зарабатывать». Именно поэтому прибыль флагмана не растёт вслед за выручкой: заработанное уходит в новые точки и заводы. Короткий горизонт потребления и масштабирование несовместимы, и группа выбрала второе.

Чем «Ракета» отличается от обычного франчайзи

Обычный партнёр сети живёт внутри чужой модели: арендует бренд, покупает у поставщиков, держит одну-две точки, выводит прибыль. Группа Трояна сделала ровно наоборот по каждому пункту.

Это и есть ответ на вопрос из начала: Троян не нашёл лучшую франшизу, он по-другому ей распорядился. Та же модель, что у сотен партнёров, в его руках стала фундаментом, на котором достроен производственный холдинг.

Уроки для собственника

Главный вывод: насмотренность, доведённая до действия

История Трояна, про насмотренность, доведённую до действия. Он не придумал доставку пиццы и не изобрёл вертикальную интеграцию. Он увидел сильного игрока (Овчинникова в передаче Тинькова), написал ему напрямую, поехал в Сыктывкар и встал к чужой кухне руками. Перенял дисциплину, скопировал прозрачную модель, а потом достроил поверх неё то, чего у самого образца не было.

Так работает любой быстрый рост: чаще он строится на том, что кто-то поехал к уже сделавшему и забрал решение себе, а гениальная идея с нуля встречается реже. Франшиза это формализованная насмотренность в коробке. Но коробка даёт только основу; разницу делает тот, кто едет смотреть руками и достраивает своё. Ровно эту логику мы и закладываем в бизнес-миссии «Лиги эффективности»: привезти собственника к компании, которая уже прошла его путь, показать процессы и цифры изнутри, дать поговорить с командой, чтобы он вернулся с готовым решением, которое можно внедрить у себя. Группа «Ракета», открывающая свои производства и управленческие инструменты, как раз такой образец для выезда.